Роман Литван. Рассказы

СКАЗКА О ЗЛОМ УЧИТЕЛЕ ДОБРЫНИНЕ

И УЧИТЕЛЕ СТЕПАНОВЕ

(Из сборника «13 рассказов». М.: «Советская библиография», 1990)

Посвящается сыну

Было это очень-очень давно. Давно и неправда. А может, правда? Впрочем, суди сам.

Жил-был город, знаменитый город. Он был славный и гордый, по всем землям шел слух о нем. Прославился город героем, мальчиком, который прошел далеко на юг, на восток и на север, победил всех злых чудовищ, вернулся цел и невредим, и привез с собой два вещевых мешка необычных, удивительных предметов. Это был подвиг беспримерный, ибо никто раньше не ходил на юг, на север и на восток. А кто пытался это сделать, в страхе прибегал обратно.

Но смелый мальчик не испугался ни трудностей длинной дороги, ни борьбы, ни слонов, ни волков, ни крокодилов. История не сохранила нам его имени. Ты сам знаешь, в истории нередко это случается. И поэтому мы с тобой будем называть его Андреем.

В день возвращения Андрея горожане высыпали на улицу. Старейшины города приказали организовать торжественную встречу. Они ждали героя. Полил дождь. Никто не уходил, потому что любое слово старейшин было законом.

Люди столпились под навесами. Некоторые, оказавшиеся рядом со своим домом, снимали с себя одежду и передавали ее в форточку. Там, где должен был пройти герой, по обеим сторонам пути был растянут передаваемый из рук в руки белый бархатный шнурок. Мужественные гвардейцы в парадной форме стояли навытяжку, и шнурок пробегал через их ладони.

Один горожанин склонился к уху соседа и вполголоса сказал:

— Безобразие держать нас на таком дожде... Что бы ему приехать утром.

— Что бы ему совсем не приезжать, — ответил сосед.

И оба прикусили языки. Вдоль линии, сверкая глазами, шел толстый, молодой полковник, а слева от него, немного отстав, подпрыгивал сморщенный, усатый, пожилой капитан, подпрыгивал по размокшей глине, приятно смотрел в лицо полковнику и незаметно показывал кулак своим гвардейцам.

Были здесь и мудрецы, представители самых разных школ. Один мудрец разрешал вопрос, почему, если посмотреть на звезду вбок, она лучистая, а если посмотреть прямо — лучей нет. Другой долгие годы выяснял, правда ли, что, перекидывая на бухгалтерских счётах определенным образом костяшки, нужно затратить две тысячи лет. Он дни и ночи просиживал над счетами, беспрерывно щелкал, щелкал, и в последние десять лет наметились значительные сдвиги, подтверждающие его гипотезу и опровергающие теорию его противников.

Был мудрец, который постоянно спрашивал: «Зачем вся суета?» Он и мудрецом, собственно, стал, когда додумался до мысли, довольно не новой, что жизнь человека — не более, как агония. Его потрясла собственная малость в сравнении с огромными мирами, с бесконечностью.

Мудрецы стояли отдельно от всех, они были одеты в шелковые черные одежды с красной каймой, и на их лицах была написана мудрость и тайна. Они не прятались от дождя, и дождь прекратился.

И когда солнце осветило ярким светом землю, на помост взошли старейшины. Они были толстые, с широкими улыбающимися лицами, и одежда их отливала зеленым и желтым цветом, при виде которого покойная радость наполнила сердца горожан.

И тут по городу из конца в конец раздались крики, зазвучала громкая музыка, и в воротах показался Андрей. Он твердым, широким шагом мерил знакомую дорогу, смотрел на горожан, и его суровое, обветренное лицо было приветливо, а глаза... В глазах была железная твердость и доброта сильного и доброго человека.

Он шел, не останавливаясь, мимо домов и людей.

— Он нас ищет, — сказал человек, одетый во все черное. Он сидел в кресле и из окна комнаты видел ту часть города, по которой двигался смелый мальчик. Он с волнением следил за ним.

— Да, нас, — сказал молодой человек, долговязый, с длинными, свисающими до плеч волосами. — Ты не вовремя заболел, мой учитель.

Больной нахмурился и с удивлением посмотрел на ученика.

— Он нас ищет. Надо пойти и показать ему дорогу.

— Надо пойти, — согласился ученик и, подойдя к зеркалу, надолго задержался перед ним.

— Ты без меры увлечен волосами, Добрынин, — сказал больной. — Так нельзя. Главное, чтобы голова была на плечах.

— По-моему, волосы все-таки важнее, — подумав, сказал ученик и вышел за порог.

— За что я терплю тебя? — тихо произнес учитель. В следующую секунду мысли его вернулись к Андрею, и лицо его просветлело.

Он ждал. Закончилось торжество, старейшины отпустили горожан. И смелый мальчик вошел в комнату и склонился перед ним.

— Мир и счастье тебе, мой учитель, — сказал Андрей.

— Мир и счастье, — улыбаясь, ответил больной. Он хотел подняться, но горожане, вслед за Андреем появившиеся в комнате, испуганно зароптали, и он сел, подчиняясь их требованию, их любви.

— Все это долгое-долгое время, — сказал Андрей, — я помнил о тебе, мой учитель. В самых страшных и опасных путешествиях я жил одной надеждой и мечтой об одном — увидеть тебя и вновь склониться перед тобой. Во всех землях всем народам я рассказывал о мудром, великом учителе Степанове. Я рассказал им, как мудрейшие мудрецы приходят за советом к тебе. Я рассказал им, что народ почитает тебя, как самого любимого нашего старейшину. И не было ни одного среди этих людей, кто не склонился бы перед твоей ученостью и справедливостью... Если б ты знал, правдивейший, как мне не хватало тебя, твоих спокойных движений и твоего голоса!

— Касательно! — воскликнул Степанов. Помимо прочего, он был великий математик и волнение свое, возмущение, гнев и радость выражал по-своему. Он покачал головой. — Твои слова согревают меня. Я рад, что ты не забыл об учителе, который вложил в твой разум частицу своего сердца. Теперь расскажи о себе.

И Андрей начал рассказ. Он доставал из мешков редкие предметы и передавал их учителю, а от него они переходили в руки горожан в комнате и дальше, тем, кто столпился снаружи.

В задних рядах спрашивали:

— Что это такое?

— Бивень слона.

— Бивень?.. Какой тяжелый. Как он, бедный, его носит?

— А эта кочерга?

— Это клюв птицы.

— Клюв?.. Обман. По-моему, нас надувают.

— Конечно. Если даже взять самого большого филина — разве у него может вырасти такой клюв?

—Убили бедную птичку...

— Вот тот оборванец — это и есть герой? Что он сделал?

— Он ходил путешествовать.

— Зачем?

— Он за свою прогулку получил почетное звание и большое удовольствие.

— Ха-ха.

— Странно...

Так встречали в городе национального героя. Вечером был торжественный ужин, организованный старейшинами, и торжественные танцы. За время праздников произошло несколько сотен несчастных случаев. Два или три горожанина умерли естественной смертью, выпив неразбавленного меду сверх нормы. Остальных прикончили караульные гвардейцы, отгоняя пиками от решетки сада густо нахлынувшую толпу.

Андрей так много повидал и услышал, совершая свой подвиг, что мог, не повторяясь при этом, многим людям много часов кряду рассказывать интересные истории. Люди снова и снова просили его. Утомительна была слава. Но Андрей был мужественный человек: он покорно выполнял бесчисленные просьбы.

Добрынин повсюду следовал за Андреем. Час от часу лицо его все больше мрачнело, нос заострился. Глаза его шныряли по сторонам, и руки не находили себе покоя.

Было решено построить дом на скале, возвышавшейся над городом, и навечно подарить этот дом смелому мальчику. Чтобы самый последний горожанин, подняв голову, мог видеть гордый символ городской славы и доблести.

Добрынин, услышав новость, которую старейшины держали в секрете до последнего момента, поник плечами. Уголки его губ опустились, запекшийся рот плотно сжался, щеки ввалились до предела.

Учитель Степанов не мог выходить из комнаты, так как был болен. Но болезнь его была неопасная, и он позвал к себе Андрея и близких друзей. Круглые сутки возле его дверей и окон толпились горожане. Он учил их детей и их самих, и многих из них поставил на ноги и помог им отыскать место и цель в жизни. В городе его любили так же сильно, как ненавидели. И любили и ненавидели его за одно бесценное качество — за доброту человечную и бескорыстную. По радостным крикам он узнал, что Андрей приближается.

Стол был накрыт, цветы наполняли помещение благоуханием и красками, причудливое освещение располагало к отдыху и дружеской беседе.

Смелый мальчик скромно сел в конце стола, уступая почетные места старшим и более мудрым. Это всем понравилось. Но Степанов был болен, и он не мог напрягать голос свой. А он хотел говорить с Андреем. Он переместился к нему, и центр общества оказался там, где были Андрей и Степанов.

Учитель попросил героя рассказать подробности, еще не известные ему. Андрей, почтительно и любовно глядя в глаза учителю, ответил:

— Я готов семь дней и ночей рассказывать для тебя, мой учитель. И если ты пожелаешь, правдивейший, я начну и выполню свое обещание. Но я так соскучился по моему городу и так хочу послушать тебя, мудрейший. Не суди меня строго. Это моя просьба. Но я не вижу на твоем лице ни тени укора, и глаза твои излучают радость. В твоем присутствии — мне ли говорить?

— Учитель, не настаивай, — ехидно произнес Добрынин. Он с трудом добыл себе почетное место за столом, а теперь получилось, что он сидит на отшибе, на самом краю интересного и мудрого, и все доходит к нему урывками и в искаженном виде. — Я слышал его истории раз десять, на второй десяток перевалило. Надо признать, они сильно приедаются. Не спеши пресытиться, мудрейший.

— Перпендикулярно!! — воскликнул учитель. — Ты совсем лишился рассудка, что оскорбляешь моих гостей!

Он строго отчитал невежу. В наступившей тишине он со всех сторон осветил неприличный поступок. Он посоветовал Добрынину брать пример с Андрея, скромного героя, совершившего подвиг.

— Более скромного, чем ты. Хотя ты не совершал никакого подвига, — сказал учитель. — Горизонтально!.. Два школьных товарища, и такие разные.

Степанов утомился и смолк. И тогда все набросились на Добрынина. Он оправдывался и обвинял, но его никто не слушал. Никто не обращал на него внимания, потому что он кричал слишком громко, стараясь всех перекричать.

И тут раздался спокойный ровный голос.

— Учитель мой и вы, мудрейшие, — сказал Андрей. Все повернулись к нему. — Не надо сердиться на Добрынина. Я не думаю, чтобы слова его были словами злобы и неуважения. По-моему, этот человек, если позволено мне говорить при вас, просто пьян... от счастья. Я сужу по себе. Я чувствую, что сам теряюсь от смущения, видя всех вас и слушая ваши мысли.

Все посмеялись тонкой шутке героя. Добрынин встал и удалился, подавленный. Позднее он повторял то одному, то другому горожанину:

— Я бы тоже мог совершить подвиг! Получше него! Подумаешь!.. — Он сжимал зубы и отворачивался, словно боялся проговориться о чем-то.

На следующий день Добрынин пришел к больному учителю как ни в чем не бывало. Он принес ему свежие цветы. Он справился о здоровье. Приводя в порядок письменные принадлежности, он говорил приятные слова, утверждая, что ни единая болезнь не устоит перед любовью города к великому учителю. И учитель перестал замечать его и тяготиться его присутствием.

День прошел у них, как обычно. А вечером Добрынин сказал учителю, что выбрал себе цель в жизни. Он пойдет к мудрецам, в школу, выверяющую жизненные законы по бухгалтерским счётам.

— Поговори с ними, мудрейший, — попросил Добрынин.— Они не ослушаются тебя.

— У тебя нет способностей к наукам, — возразил Степанов. — Зная твой характер, твои интересы и непостоянство, я бы советовал тебе избрать другой жизненный путь. Мудрецы, исследующие бухгалтерские счёты, не возьмут тебя к себе. И потом, прости меня, Добрынин, я много лет знаю тебя — какой из тебя мудрец?

При этих словах лицо ученика перекосилось в неуемной злобе. Словно спрятанный в глубине души его тюбик с черной краской лопнул, и отвратительная чернота, расплываясь, проступила на лице. Степанов ничего не видел, а уже в следующий момент Добрынин склонился перед ним и, овладев собой, с печальным и умоляющим выражением лица просил о помощи, о поддержке.

— Мудрость, — прервал его учитель, — это не только способность логически мыслить. И не только добродетель. И даже не только стремление к правде и справедливости. Мудрость, помимо прочего, это доброе сердце и добрые поступки... Что, впрочем, — добавил, подумав, учитель, — не исключает строгой требовательности к людям и прежде всего к самому себе.

Когда Степанов выздоровел, он пошел к мудрецам. Они встретили его с восторгом. Но к кандидатуре Добрынина мудрецы отнеслись с осторожностью.

Великий учитель заверил мудрецов, что те не ошибутся, если примут к себе Добрынина.

Степанов шел по городу и размышлял над своим поступком. Уж не покривил ли он душой? Почему он расхваливал своего ученика, как надежного и честного человека, и защищал его и оправдывал перед мудрецами? Из убеждения, что он надежный и честный, или из жалкого чувства снисходительности?

Добрынин заперся у мудрецов, и несколько лет о нем ничего не было слышно.

Андрей жил в доме, полном чудесных предметов, на гордой скале. И когда он выходил в свой сад, город был перед ним, как на ладони, и синее небо было вровень с ним. Он сделался солиднее, из юноши он превратился в мужчину, но для горожан он был и навсегда остался Смелым Мальчиком.

Время от времени, но не чаще двух раз в день, он прогуливался по городу. Первый раз он шел, чтобы сделать приятное горожанам. Второй раз он шел, чтобы сделать приятное себе. Иногда среди ночи он приподымался на постели и, не просыпаясь, произносил несколько мужественных, героических фраз. Затем он опускал голову на подушку и продолжал спать.

Учитель Степанов вернулся из путешествия. Он объехал соседние города, и ему понравились легкие, воздушные постройки, красивые скульптуры, благодаря которым города эти были вечно праздничной и радующей глаз картиной. Он захотел свой город увидеть таким. Чтобы горожане с детства воспитывались и вырастали в мире прекрасного. Чтобы не могла существовать в городе пошлость.

Старейшины молча негодовали.

Горожане носили учителя на руках. Ученики не сводили с него восхищенного взгляда, когда он учил их мудрости и справедливости в соединении с нетленной красотой.

Он был строг, великий учитель. Но все склонялись перед ним.

Был в городе волшебный музыкант. Он обладал даром — прикасаясь к инструменту, вызывать к жизни любые звуки: человеческий голос, пение птиц, шум деревьев. Он мог излечивать горе и печаль, дарить радость. Инструмент его тоже был волшебный.

Это был тихий, добрый человек, и все любили его.

Но в городе существовал обычай. Два часа после захода солнца никто не смел ни пошевелиться, ни произвести малейший звук. Старейшины уже спали, но они еще бодрствовали. И чтобы они могли крепко заснуть, оберегая их драгоценное здоровье, на страже стоял суровый закон.

Волшебный музыкант однажды увлекся и не заметил, как село солнце. Он продолжал играть. И хотя музыка его приносила счастье и продлевала жизнь тем, кто слушал ее, он нарушил закон. Он должен был умереть.

Волшебный музыкант, как только понял, что грозит ему, схватил свой инструмент и перед самым носом гвардейцев, явившихся арестовать его, бежал из города.

На утро старейшины приказали догнать преступника. В городе шло брожение. Многие забыли, что музыкант был ими любим, и возмущались, почему не схвачен человек, испортивший ночь славным, богоравным старейшинам.

Тогда вперед выступил мудрец, думающий над проблемами жизни и смерти.

— Зачем вся суета? — спросил мудрец. — Надо вернуть волшебный инструмент. Но в древних книгах записано, что инструмент перестанет быть волшебным, если к нему притронется рука взрослого человека. Значит, догнать музыканта должны ученики. Но музыкант убежал в пустыню, из которой нет возврата. Значит, посылать за ним учеников опасно... Зачем вся суета? — кисло сморщившись, повторил мудрец и удалился.

— Учеников посылать опасно, — сказал учитель Степанов. — Это наше будущее. И если они погибнут, что будет с городом? — Он не добавил, что, по его мнению, глупо казнить человека (к тому же доброго волшебника) за нарушение глупого, никчемного закона. Но великие в городе этом поняли его мысль до конца, потому что он убедительно говорил о будущем города и пренебрежительно, как о чем-то маловажном, о преступнике и его преступлении.

Ученики были разочарованы. Уж очень хотелось им побродить по пустыне, догнать музыканта и отнять у него волшебный инструмент. Но великий учитель сказал, и они поверили ему.

В этот день в городе появился Добрынин. Его бесцветное лицо мелькнуло на площади и скрылось за массивной дверью дворца.

Старейшина сидел в огромном кресле, которое называлось троном. Добрынин остановился на большом расстоянии и низко-низко склонился.

— Позволь, о светлейший, приблизиться, чтобы слова, которые я произнесу, не коснулись чужих ушей.

Старейшина повел густой бровью, и Добрынин приблизился.

— О, светлейший, изволь выслушать. Я — учитель. Но никто не хочет учиться у меня.

Добрынин с любовью посмотрел на старейшину, внимательно подмечая, какие перемены произошли на его лице. Он в мыслях своих решал, можно ли продолжать и в каком тоне продолжать.

— Так, — сказал старейшина.

— О, светлейший, нет в городе человека, более преданного тебе, чем я. Я могу поймать музыканта. Я склоню горожан к тому, что они пошлют учеников в погоню за ним. Я сам возглавлю их. Но... — Он споткнулся, помедлил секунду и затем продолжал, не останавливаясь. — Когда мы вернемся, пусть еретик и обманщик Степанов будет отстранен. Пусть великим учителем стану я, — полувопросительно закончил Добрынин.

Он вглядывался в старейшину, но тот был непроницаем.

— Ну, что ж, — сказал старейшина.

Добрынин, пятясь спиной, удалился в бесшумно открывшуюся дверь.

Он тут же пошел по городу, созывая учеников. Он звал их в пустыню, в поход, за волшебным инструментом. У мальчиков загорелись глаза. А когда кто-нибудь напоминал слова великого учителя Степанова, Добрынин мягко укорял его и говорил:

— Мы — взрослые люди. Мы — свободные люди. Мы можем идти туда, куда зовет нас наше сердце. Учитель Степанов хочет ущемить ваши права, он только на словах добрый. Один лишь я истинно хочу вашего блага. Самая фамилия моя говорит о моей доброте.

К вечеру отряд учеников во главе с Добрыниным покинул город и углубился в пустыню.

Прошел день. Прошла неделя. Прошел месяц. Отряд словно провалился сквозь землю.

Город охватила паника. Бедные отцы и матери толпились возле дворца, жалобно взывали к старейшинам, окружали мудрецов. Но все мудрецы безмолвно разводили руками.

Учитель Степанов замкнулся и на все вопросы отвечал одной фразой:

— Чудо, чудо будет, если они вернутся.

Он никого не укорял, не вспоминал своих предупреждений. Не вспоминал он и свою роль в возвышении того, кто принес несчастье городу. В знак траура он облачился в белые одежды и тех учеников, которые остались в городе, до возвращения остальных распустил на каникулы.

Однажды на улицах города появился изможденный человек, одетый в лохмотья. Горожане с трудом узнали в нем учителя Добрынина. Они набросились на него с расспросами, но он знаками дал понять, что не имеет сил, не имеет голоса. Он покачнулся и упал на землю, глаза его закатились.

Горожане отнесли Добрынина в дом, разжали ему зубы и влили в рот несколько капель оздоровляющего напитка. Добрынин пришел в себя. Он попросил еще пить.

— Они погибли, все погибли, — хриплым голосом произнес Добрынин. — Такие хорошие, такие милые дети. — И две скупые слезы скатились по его щетинистым щекам.

Он был очень жалок. Ропот ужаса прошелестел над толпой.

— А все он! — воскликнул Добрынин. — Он сидел здесь, в уютных стенах, и утолял голод свой и жажду свою. Предатель!.. Враг!.. Чему он учил несчастных учеников наших! О, если бы вы послушались меня и поверили мне, они бы не умерли все до одного среди песков, под страшным солнцем. Я, Добрынин, несу добро! Он — зло!

Все поняли, к кому относятся эти слова. Толпа замерла. Последняя нежность, которую не на кого было излить, тяжкое горе перерастали в ненависть. Лютая ненависть искала выход из сердец, переполненных ею, и обратилась на одного человека. И человек этот был великий учитель Степанов.

Несколько десятков горожан, самым искренним образом похожих на переодетых гвардейцев, быстрым шагом приблизились к толпе и смешались с нею. Странный человек, у которого от лица остался один лишь профиль, на одно мгновение высунул из-за угла свой длинный нос и тут же спрятал его обратно. Это был первый помощник старейшин по внутренней безопасности города. И, словно подталкиваемые носом первого помощника, из-за угла пулей вылетели восемь шелковых женщин и рассыпались в толпе. Одна из них скользнула к Добрынину и, не задерживаясь возле него, успела что-то шепнуть ему на ухо.

Добрынин, несомый тремя горожанами, передвигался по городу и без устали ораторствовал. Он обвинил Степанова в измене. Некоторые ученики видели реки и озера и вели всех за собой, увлекая отряд все дальше в мертвую пустыню. Добрынин утверждал: это дело рук Степанова. Он рассказывал чудовищные подробности, и у людей отнимался язык от страха. Многие оглохли не в силах слушать о страданиях своих детей.

Город поверил ему. Город бросился к дому учителя, требуя его, требуя от него ответа. Огромная толпа заполнила пространство перед домом. Горожане кричали проклятия и угрозы. Зачем не научил он детей их противостоять зною и усталости, голоду и жажде, вопрошали они. Матери, слепые от слез, потрясали руками.

— Он лжет!.. Добрынин лжет, не верьте ему! — Ученик по имени Кривое Плечо, один из тех немногих учеников, кто не пошел с Добрыниным в пустыню, выкрикнул эти слова.— Не верьте Добрынину!.. — крикнул он, но его никто не услышал.

Тогда ученик Кривое Плечо переместился в другую часть толпы и снова попытался, жестами и словами воздействуя на горожан, подорвать их доверие к Добрынину. Один горожанин услышал и оттолкнул его.

— Ты тоже предатель! — крикнул горожанин ученику.

— Добрынин вас обманывает! — настаивал Кривое Плечо.— Поверьте мне, великий учитель Степанов невиновен!..

Ему не дали продолжать. Семь шелковых женщин затормошили его, выпихивая из толпы, а восьмая прибежала, ведя за собой переодетого гвардейца, и тот ударом кулака сшиб юношу с ног. Горожане, которые оказались рядом, одобрительно кивнули. Только из презрения к калеке его не трогали больше и забыли про него.

— Добрынин подлый обманщик, — теряя сознание, прошептал ученик Кривое Плечо...

Степанов в белой одежде показался в дверях. Толпа взвыла. Он простер руки, желая говорить. Незадолго перед этим он сидел у себя в комнате и работал. К нему дошел слух о возвращении Добрынина, и, великий, он обратил свой взор в ту сторону, в которую никто другой не догадался обратить. Если вернулся Добрынин, можно спасти всех.

Он хотел сказать им, к какому выводу он пришел и какой план успел придумать. Несколько камней просвистело у него над головой. Со звоном разбилось стекло. Немногие пытались уговорить и остановить толпу. Они напоминали, кто этот человек, кем еще утром сегодня он был для всех. Они кричали благоразумные, справедливые мысли, но слова их тонули в общей буре голосов, и никто их не слышал.

Позднее они стояли в толпе, презирая ее, молчали и никого не старались переубедить, ибо высказывать мнение, противное массе, было небезопасно.

Степанову не дали говорить. Он скрылся в доме. Толпа двинулась ко дворцу, взывая к старейшинам, требуя суда и справедливости.

Несколько дней заседали старейшины, советовались с горожанами, колебались. Все отвернулись от Степанова. Когда он показался в городе, его едва не забросали камнями. Никто не слушал его. О спасении учеников никто не думал. Добрынин сказал, что они умерли. Жажда возмездия охватила горожан.

И день суда был назначен. И приговор был предрешен.

Степанов мрачно смотрел в окно. Он не мог открыть дверь и выйти из комнаты. Лютая ненависть мгновенно отбрасывала его назад. Он хорошо знал горожан, чтобы удивляться и возмущаться их поведением. Он был слишком мудр, чтобы бояться смерти. Несправедливость угнетала его.

Он сидел в одиночестве. Из окна он видел добровольную стражу. И вспоминал он, как недавно те же люди толпились вокруг, оберегая его покой.

Никто незамеченный не мог ни пройти к нему, ни выйти от него.

В сумеречный час он услышал едва слышное царапанье. Он приоткрыл дверь. Темная фигура проскользнула в комнату, и Степанов узнал ученика Кривое Плечо. Меньше всего Степанов мог ждать помощи от него. Это был очень ненадежный человек, плохой, самый последний ученик. Он часто и ехидно улыбался, и все у него было не так.

Так думали все.

Но никто не знал, что Кривое Плечо на самом деле обладает чистой и честной душой. Он был очень застенчив, и от этого все валилось у него из рук и цифры путались в голове. От смущения он постоянно улыбался. Один человек во всем городе сумел понять сквозь неприглядную внешность внутренние качества ученика Кривое Плечо. Это была девушка, его невеста.

Степанов внимательно вглядывался в лицо ученика. Кривое Плечо склонился перед великим учителем.

— Я давно догадался, что Добрынин лгун, — сказал Кривое Плечо. — Когда он звал нас в пустыню, я не поверил ему. Я начал говорить моим друзьям, чтобы они остерегались обманщика, и застеснялся. И сбился... Если бы не моя трусливая застенчивость, они бы не погибли, бедные мои друзья.

— Ты самый смелый и самый честный человек в городе,— сказал Степанов, и при этом он подумал: параллельно! до чего удивительна жизнь. — Как тебе удалось пробраться ко мне?

— Они ушли ужинать. — Кривое Плечо махнул рукой в сторону двери. — Меня никто не видел. — Он был серьезен. Опасность грозила великому учителю, и Кривое Плечо забыл о своей застенчивости, он соображал и действовал быстро, решительно, мудро.

— Я все продумал, — сказал Кривое Плечо. — Мы обменяемся одеждой. Ты выйдешь из города, мой учитель, и никто тебя не узнает. В любой соседней земле тебя примут, как самого дорогого и желанного... А когда горожане образумятся, ты вернешься.

Степанов с грустью посмотрел на ученика.

— Это будет не скоро, — сказал Степанов. — Я умру, прежде чем они образумятся. Я хочу умереть в родном городе.

— Но разве не лучше жить и продолжать свой великий труд! — воскликнул Кривое Плечо. — Что делать, если родной город сошел с ума? Важно запечатлеть великие мысли в истории, важно посеять семена. И неважно, в каком месте это сделать. И нельзя допустить, мудрейший, чтобы то великое, что живет в тебе, не родившись, умерло вместе с тобой.

— Да, — сказал великий учитель. — Мудрость говорит твоими устами. Но помимо головы, которая думает, в человеке есть это. — И он притронулся рукой к сердцу. — Я не могу жить в чужом городе.

Они замолчали. Добрый Кривое Плечо пригорюнился. Он старался придумать что-нибудь такое, что спасло бы великого учителя.

— Не отчаивайся, — сказал Степанов. — Не все потеряно. У меня есть надежда. Ты хорошо придумал с переменой платья, и нам это может пригодиться. Только я не представляю, как я смогу обмануть сторожей. Я слишком стар для того, чтобы подделаться под твою молодую походку.

— Но я могу подделаться под твою, мой великий учитель!

Степанов ничего не ответил. Он приблизился к ученику и крепко обнял его.

— Возьми эту книгу, — сказал Степанов. — Это мой труд. Он не закончен. Но я вручаю его в надежные руки.

Кривое Плечо торжественно склонился, принимая труд великого учителя.

— Завтра на суде, — сказал Степанов, — когда недостойный Добрынин начнет измышлять против меня грязную ложь, я буду читать отрывки моего учения. Я не унижусь до спора с ним. И пусть решает город, кто прав. Я пронесу от дома до площади мой труд и открою его перед всеми. — Учитель поднял и показал ученику книгу, копию той, какую вручил ему.

Кривое Плечо вздрогнул. Он вспомнил разговоры горожан: если учитель Степанов посмеет снова начать свои проповеди о справедливости и красоте, ему отрежут язык и лишат его слова.

Кривое Плечо хотел уговорить учителя прийти на площадь без книги, но учитель не понял его и замкнулся, и он оставил свою попытку. Он решил, что встанет в задних рядах и вслед за учителем будет повторять отрывки из книги. В задних рядах обычно радовались и проклинали, не ведая, что происходит на помосте. Они смотрели на передних и подражали им. Не может быть, чтобы они, услышав собственными ушами слова великого учения, не склонились перед учителем.

Степанов и Кривое Плечо обменялись одеждой, и ученик первым вышел из дома.

Кривое Плечо шел быстро. Жестокая стража, принимая его за Степанова, преследовала его. Он прижимал к груди книгу учителя, горбился, ускорял шаг. В него полетели камни. Он свернул за дом, сбросил верхнюю одежду и побежал.

Горожане растерялись до обалдения. Пожилой человек, сгорбленный, волочащий ноги, вдруг оторвался от земли и исчез быстрее, чем они успели моргнуть. Они подошли к дому, нашли одежду Степанова, потрясли ее. Учителя не было. Они обыскали все вокруг, и никого не нашли. Их охватил испуг. Они тесно сгрудились и, озираясь по сторонам, спотыкаясь на каждом шагу, направились к Добрынину, чтобы сообщить ему об исчезновении великого учителя.

Добрынин шел им навстречу. Он не дослушал горожан, резко повернулся и бросился к дому Степанова. Добровольная стража следовала за ним.

Добрынин влетел в дом, хорошо знакомый ему, обежал комнату. Горожане не понимали, кого он может искать в этом доме: ведь хозяин дома улетел на небо. Но Добрынин знал, кого он ищет.

Когда стража ушла ужинать, он спрятался невдалеке и видел, как к Степанову вошел Кривое Плечо. Потом показался сам Степанов. Кривое Плечо мало интересовал Добрынина, и он, оставаясь в тени, двинулся вслед за стражей и великим учителем. Выслушав горожан, он сразу понял, что их надули. Он бросился к дому, надеясь, что Степанов не успел уйти. И вот дом стоит пустой, великий учитель исчез неизвестно в каком направлении, и он, Добрынин, остался в дураках.

Добрынин от злости заскрежетал зубами, и два зуба сломались, до того громкий получился скрежет.

Тем временем великий учитель взбирался по тропинке на скалу, к дому Смелого Мальчика. Он вошел к нему и увидел, что он собирается лечь спать.

При виде учителя Смелый Мальчик быстро привел себя в порядок и низко склонился.

— Как поживаешь, Андрей? — устало произнес учитель.

— Очень хорошо, мой учитель, — ответил Смелый Мальчик. Он принялся увлеченно рассказывать о том, как дружественная принцесса соизволила наградить его большой золотой медалью С, которой отныне будут награждаться все Смелые Мальчики дружественных земель. Торжество по случаю вручения медали назначено на завтра, и он собирается крепко выспаться, чтобы быть завтра бодрым и понравиться принцессе.

— Рад за тебя, мой мальчик, — сказал учитель и спросил: — О суде, который город устраивает надо мной, ты что-нибудь слышал?

— Да, — сказал Смелый Мальчик, и глаза его потускнели. — Да, мудрейший, — упавшим голосом добавил он.

— Ты веришь мне?

 — Да, — воскликнул Смелый Мальчик. — Больше, чем самому себе!

— Касательно! Я ничего другого не ждал от тебя... А город не верит мне. Он поверил другому. И человек этот интересуется людьми лишь постольку, поскольку они могут быть чем-либо для него полезны. Бедный город!

― Переубедить горожан нельзя, — сказал Смелый Мальчик. — Это все равно, что биться головой в толстую каменную стену... Мудрейший, не спорь с ними. Проси их о милости. И я буду просить. Что-нибудь другое на сегодняшний день сделать невозможно.

— Просить?.. О милости? — Учитель был потрясен. — Горизонтально...

Смелый Мальчик продолжал уговаривать его.

— Мудрейший, они сейчас как стадо бешеных слонов. Вставая на их пути, чего мы добьемся? Остановим их? Нет, они нас растопчут. Нужно отойти в сторону, выждать.

— Тебя подменили, мой мальчик... Этого я не ждал от тебя.

Смелый Мальчик пытался возразить. Учитель властно остановил его.

— Молчи!.. Я пришел сюда, надеясь найти помощника в моей борьбе. Ты же предлагаешь своему учителю стать жалким попрошайкой!..

Они долго-долго молчали. Смелый Мальчик молчал обиженно и нетерпеливо, с краской стыда на лице. Великий учитель молчал тяжело и неподвижно.

Великий учитель поднялся, и они попрощались, стараясь не встретиться глазами.

И был день суда.

Великий учитель Степанов шел от дома своего до площади, провожаемый взглядами ненависти, и нес книгу. Он шел, гордо подняв голову, и многие удивлялись силе души его.

В одном месте народу было больше, чем всюду. Здесь лежал мертвый ученик. Это был Кривое Плечо.

Горожане пробовали поднять книгу, лежавшую на земле рядом с учеником. Но книга сделалась такая тяжелая, что несколько человек не могли с нею справиться. Хотели открыть книгу, она не открывалась.

Горожане смутились. Не было случая, чтобы в городе без суда убивали человека.

Видимо, Кривое Плечо, падая, уронил книгу, и так она и осталась. На ней были следы металла, а рядом валялись обломки ножа. Убийца пытался унести ее или открыть, но у него ничего не получилось.

Горожане бросились к волшебному лесу, чтобы проверить первое по счету дерево. Оно увядало, когда умирал в городе человек. Увянет ли оно на этот раз?

Первое по счету дерево увяло.

Добрынин стоял на площади, и радостно было ему. Великий учитель не убежал, он явился на суд. И явился он с ненавистным трудом своим. Все это было очень хорошо, так как если бы Степанов скрылся, Добрынин никогда бы не смог насладиться величием и покоем.

Добрынин выступил с обвинением.

Великий учитель открыл свой труд и начал ответ. Гул возмущения покрыл его слова. Горожане кинулись к нему, чтобы разорвать книгу в мелкие клочки. Они окружили учителя, протянули десяток рук. Книга поднялась в воздух над толпой и сделалась прозрачной. Потом она стала еле видимой и растворилась совершенно.

Горожане отпрянули.

— Сама Природа против него, — успокоил горожан Добрынин. — Природа отняла у него лживую, вредную книгу его и уничтожила ее. И нет больше учения Степанова и самого Степанова скоро не будет.

— Есть еще одна книга, — заметил кто-то. — Точно такая же. Ни руки наши, ни железо не смогли взять ее.

— Ничего, — небрежно сказал Добрынин. — Есть стихия огня, и перед огнем она не устоит... А теперь я предлагаю, согласно законам нашим, Степанова, бывшего великого учителя, лишить на веки вечные слова. Кто против?

Против никого не было, и великому учителю отрезали язык и лишили его слова. Очень больно было учителю, но он не подал вида. Все так же гордо держал он голову. И, притушив пламя взгляда, он с презрением посмотрел прямо в лицо Добрынину. Тот смешался, не выдержал и отвел глаза.

Степанов не мог говорить. Степанов был связан. Он был один. Добрынин с радостной злостью толкал его к смерти.

Добрынин перечислил все преступления Степанова. Он ощущал на себе гневный взгляд учителя и словно слышал его громогласное: «Перпендикулярно!» Но он был уверен в победе, и никакие угрызения совести не тревожили его.

Степанова передали палачу.

Темно-фиолетовый палач в маске взял Степанова за руку, и оба они скрылись в башне смерти.

Вот надулся волшебный шар на куполе башни — меч занесен. Шар лопнул — голова отделилась от туловища.

Вздох пронесся над толпой. На лице Добрынина застыла отвратительная улыбка.

И горожане увидели чудо. Первое по счету дерево не увяло.

По городу пошли люди-громкоговорители, оповещая о мудрейшем великом учителе Добрынине. Горожане бранились. Они начинали жалеть, что поспешили с казнью, и без конца ходили смотреть на первое по счету дерево. Дерево кокетливо шевелило зелеными листочками и поскрипывало, как новенькое. Горожане в изумлении разводили руками.

И чтобы подбодрить себя и повысить настроение себе, горожане стали похваляться друг перед другом, что это правильно, что они проучили врага и предателя Степанова. Они говорили, что еще не такой смертью надо было его умертвить, что мало наказан он за свое злодейство. Они благосклонно выслушали Добрынина и поверили, что зеленое дерево — загадка. И если эта загадка — знамение, то только хорошее, и ни в коем случае не плохое.

И вдруг все горожане застыли, как один человек. Они странно вытянули свои шеи. Приложив ладонь к уху, они направили слух свой в сторону городских ворот.

В воздухе слышалась музыка. Она звучала с каждой минутой громче.

Она сделалась оглушительной.

На площади появился волшебный музыкант, за ним следовали ученики, которых считали погибшими. Ученики играли на волшебных инструментах.

Горожане обступили своих детей, рассказывали им последние новости, расспрашивали их, тянули домой.

Но ученики продолжали держаться вместе, и, казалось, встреча с родителями не радует их.

Через короткое время весь город погрузился в траур. Горе было на всех лицах. Горе и страдание поразили сердца горожан.

Выяснилась правда. Добрынин предал учеников. Он завел их в пустыню и сбежал от них. Он оклеветал великого учителя Степанова.

Бросились искать Добрынина. Но Добрынин исчез, пропал, не оставив следа своего ни на земле, ни на воде, ни в воздухе.

Ученики молча постояли перед башней смерти. Они молча постояли перед мужественным учеником Кривое Плечо.

Волшебный музыкант коснулся пальцами книги великого учителя, и книга послушно отдалась в его руки.

Ученики подняли ученика Кривое Плечо и, как всегда это делают с мертвыми хорошими людьми, поместили его в благородный сосуд и на большом красном пламени переплавили в звездочку.

Затем двадцать четыре ученика, взявшись за руки, встали в круг. На плечи им встали двенадцать учеников. Затем встали следующие. И так до тех пор, пока не образовалась высокая, сужающаяся кверху, пирамида.

Маленький мальчик по рукам и плечам, как по ступеням, взобрался на плечи самого последнего ученика. Потом он осторожно ступил ему на голову, встал на цыпочки, изо всех сил вытянул руки и повесил на небо звездочку.

Мальчик спустился вниз, пирамида распалась, и ученики с земли, снизу вверх, посмотрели на свою работу.

Они переглянулись, опять посмотрели на небо. Сердца их потеплели. Они знали, что потрудились недаром.

И если ты увидишь на небе добрую светлую звездочку, знай, это ученик Кривое Плечо из далекого далека ласково смотрит на тебя.

Ученики построились парами и двинулись по тропинке в гору, к дому Смелого Мальчика.

Смелый Мальчик встретил их нарядно одетый, хорошо настроенный.

— Мир и счастье тебе, — сказали ученики.

— Мир и счастье, — сказал Смелый Мальчик. — Мне очень некогда. Я должен пройти по городу, сделать приятное горожанам. Впрочем, если вы не долго, я могу выслушать вас.

— Мы за тобой, — сказал ученик. — Мы уходим из города и построим новый — красивый и честный. Наш город будет светлый, счастливый, и все люди в нем будут счастливые. Ты должен возглавить нас.

Смелый Мальчик сразу же согласился. Только он добавил, что сможет возглавить их послезавтра. Дружественная принцесса соизволила наградить его второй большой золотой медалью С, и завтра состоится банкет по случаю вручения медали.

— Ты предаешь нас, — сказал ученик. — Теперь я верю, что ты предал учителя Степанова.

— Ты не помог нашему учителю, — сказал другой ученик.

— Ты не поддержал великого учителя.

Все ученики прошли мимо Смелого Мальчика, и каждый бросил ему в лицо холодное, горькое слово правды.

Смелый Мальчик опустился на табурет, положил голову на руки. И когда дверь захлопнулась за последним учеником, Смелый Мальчик не пошевелился.

Он не появился на следующий день на банкете. Более того, он совершил грубую бестактность. Дружественная принцесса собственноручно написала ему письмо, интересуясь причиной его отсутствия, и он оставил письмо без ответа.

Ученики направились к воротам. Они в последний раз прошли по родным дорогам и тропинкам. С ними были садоводы и несколько ремесленников, поэт, клоун, самоучка-изобретатель, старый-престарый тряпичник, историк-архивариус. С ними была невеста ученика Кривое Плечо.

Внезапно перед ними предстал мудрец, постоянно спрашивающий: «Зачем вся суета?». Мудрец произнес таинственные слова:

— Никогда дерево не живет в мертвом. Никогда никто не умирает в живом. — Он поднял руку и продолжал с поднятой рукой. — Если вы, мудрейшие мои друзья, убедитесь в правоте моей, позовите меня с собой. Я не волшебник. Однако я знаю истоки волшебства, и я смогу быть вам полезен.

Он быстро удалился, и ученики ни о чем не успели его спросить. Но слова мудреца о живом дереве пробудили в них воспоминания об учителе. Затем они вспомнили о другом учителе, о том, как недавно они вместе с ним покидали город. Умирали в пустыне. Услышали волшебную музыку и пошли за ней, увлеченные. И забыли, что надо отнимать волшебный инструмент у волшебного музыканта. Чувства, великим учителем воспитанные, пробудились в них. Они слушали, шли и думали о красоте, о доброте и о мудрости. И волшебный музыкант спас их.

Ученики повернули обратно. Они в глубоком молчании подходили к башне смерти.

Узенькая дверца, ведущая в башню, открылась, и на пороге возникли две фигуры. Вздох удивления и радости вылетел из многих грудей. На пороге стоял великий учитель, и рядом — темно-фиолетовый палач.

Ученики боялись верить своим глазам. Они подняли учителя на руки, и каждый хотел нести его.

Они засыпали его сотней вопросов. Степанов знаками дал понять, что он лишен слова. Волшебный музыкант коснулся пальцами рта великого учителя, взял несколько аккордов на волшебном инструменте. И великий учитель заговорил.

— Мальчики мои... Дорогие мальчики мои, — произнес учитель. — Касательно!.. — Он задохнулся от счастья и на несколько минут смолк.

Он с любовью смотрел на яркое, сверкающее солнце. В радостных глазах учеников тоже было солнце, оно многократно отражалось, переливалось. Светлые лица учеников были обращены к учителю.

Они видели бледность его щек и счастье его. И рядом стоял темно-фиолетовый палач. Палач был без маски. У него оказалось доброе, простое, мелко изрезанное лицо в улыбчивых морщинках.

Он был добрый малый, по словам учителя. С детства он мечтал стать палачом. Его привлекала игрушка — меч. Потом он понял, что представляет собой эта профессия, но было уже поздно. Он добросовестно выполнял обязанности, и блеск и сила меча, притягательные в детстве, тяжело угнетали его.

Он был добрый малый. Он казнил воров и убийц; и лжесвидетелей, обвинивших людей в воровстве и убийстве; и лжесвидетелей, обвинивших людей в лжесвидетельстве. Но когда он коснулся великого учителя, он понял, что скорее умрет сам, чем убьет этого человека.

И он взял старого пьяницу, приговоренного к смерти, всеми забытого. Он впихнул Степанова в темный чулан и набросил крючок. Пьяница находился в башне больше пяти лет, палач все это время из жалости поил и кормил его.

Он поднял меч, и шар на куполе башни надулся.

Он отсек голову пьянице, и шар лопнул.

И тут произошло непредвиденное затруднение. Первое по счету дерево не увяло. Добрынин чуть было не разоблачил хитрость доброго палача. Он уже подбирался к башне смерти и к спрятанному в ней великому учителю. Но, к счастью, подоспели ученики.

Как впоследствии объяснили мудрецы, человек, проживший пять лет в заточении, переставал считаться человеком и горожанином. И Природа порывала всякие связи с ним.

Степанов и палач поздно узнали о приходе учеников, потому что они заперлись, никого не впускали к себе и решили без борьбы не сдаваться.

Палач попросил учеников взять его в новый город. В детстве у него было еще одно, менее сильное, увлечение. Теперь, приобретя опыт, он остаток жизни хотел посвятить огородничеству.

— Я буду обрабатывать землю, — сказал палач, — и выращивать овощи. В овощах содержится много витаминов, столь полезных для человеческого организма.

Ученики оценили его замысел. Они сказали, что в новом городе найдется место новому огороднику. И огородник присоединился к ученикам.

Ученики нашли и позвали с собой мудреца, думающего над проблемами жизни и смерти, и тот тоже присоединился к ним.

Они веселой толпой покидали город. Они прокляли горожан и потомков их проклятием серости. Смеющиеся лица на несколько минут посерьезнели. Они прокляли город за лицемерие, глупость, вероломство, за неблагодарность и жестокость, за низменность побуждений и ограниченность.

— Пусть красота будет чужда вам, — сказали ученики.— И во веки вечные не увидите вы искренних улыбок и откровенности, легких порывов и игры воображения. Вы будете хмурые и унылые, солидные и тоскливоубогие. Во веки вечные проклинаем вас. И не снимется проклятие до тех пор, пока влюбленный не соберет в пустыне букета цветов.

— Проклятье упадет, когда пустыня зацветет, — пропели ученики.

Они шли мимо дворца, и громко звучала волнующая музыка юности. Старейшины смотрели из окон. Они надулись и побагровели от злости, но ничего не могли поделать. Они боялись нос высунуть наружу. Очень много было учеников, и очень убедительна была волшебная музыка.

Гвардейцы дрожали от страха. Они так дрожали, что начали колебаться из стороны в сторону. Они колебались все заметнее, все сильнее, и дело кончилось тем, что многие из них попросились в новый город.

И представь себе, ученики не оттолкнули их. Они всех желающих взяли с собой. Они лишь растолковали, что в новом городе не будет гвардии и гвардейцам придется переучиваться для какого-нибудь полезного труда. Тот, кто согласился на такие условия, пошел с учениками.

Ученики ушли. Ушло с ними брызжущее через край веселье. Ушла свежесть.

В городе водворились тишина и спокойствие. И спустя еще долгие-долгие годы старики показывали внукам гордый дом на скале и рассказывали о Смелом Мальчике, который совершил беспримерный подвиг. Они рассказывали, как он появлялся в городе и делал людям приятное, но позднее уединился, и редкому счастливцу удается увидеть его. Это случилось после того, как лишили слова и казнили его любимого учителя Степанова.

Старики рассказывали, как был спасен великий учитель и как вместе с учениками покинул он город. Но они ничего не говорили и не знали о ночном разговоре Степанова и Смелого Мальчика, когда учитель приходил за помощью к ученику.

И поэтому, когда их спрашивали, почему Смелый Мальчик не пошел с учителем в новый город и почему он ведет себя так, словно казнь совершилась и словно он ни звука не слышал о спасении учителя, — старики разводили руками.

Они разводили руками, покачивали головой и придумывали новые сказки. Но суровая правда была скрыта от них.

8 марта 1965 года

дальше >>

________________________________________________________

©  Роман Литван 1989―2001 и 2004

Разрешена перепечатка текстов для некоммерческих целей

и с обязательной ссылкой на автора.

 

Рейтинг@Mail.ru Rambler's
      Top100